Вторник, 25 апреля 2017
Культура 2 апреля 2004, 10:16 Николай МОЛОК

Порадовали депрессией

3 апреля в Историческом музее для публики открывается выставка "Москва-Берлин, 1950-2000". Несколько сотен произведений, десятки музеев-участников, многомиллионный бюджет, несколько кураторов и так далее - по всем показателям выставка претендует на статус мегасобытия. Таковым она собственно и является. На "Москву-Берлин" идешь настороженно. Уходишь - обалдевшим и подавленным. Таких выставок в Москве не было никогда. Да, были "Москва-Париж", "Москва-Берлин, 1900-1950", "Великая утопия" и еще несколько супервыставок. Но ни одна из них не работала с таким актуальным (вплоть до сегодняшнего дня) и таким спорным (послевоенные переживания, радости и покаяния) материалом. Выставка получилась чуть депрессивная - но такова русско-немецкая послевоенная история. Чуть сумрачная - но таков немецкий и в некоторой степени русский художественный гений. Но, несмотря на это, - потрясающая по силе и зрелищности...

3 апреля в Историческом музее для публики открывается выставка "Москва-Берлин, 1950-2000". Несколько сотен произведений, десятки музеев-участников, многомиллионный бюджет, несколько кураторов и так далее - по всем показателям выставка претендует на статус мегасобытия. Таковым она собственно и является. На "Москву-Берлин" идешь настороженно. Уходишь - обалдевшим и подавленным. Таких выставок в Москве не было никогда. Да, были "Москва-Париж", "Москва-Берлин, 1900-1950", "Великая утопия" и еще несколько супервыставок. Но ни одна из них не работала с таким актуальным (вплоть до сегодняшнего дня) и таким спорным (послевоенные переживания, радости и покаяния) материалом. Выставка получилась чуть депрессивная - но такова русско-немецкая послевоенная история. Чуть сумрачная - но таков немецкий и в некоторой степени русский художественный гений. Но, несмотря на это, - потрясающая по силе и зрелищности. За это спасибо дизайнеру Евгению Ассу (по его, кстати, настоянию залы Исторического музея не только перегородили, но и перекрасили) и кураторам Екатерине Деготь и Виктору Мизиано, отобравшим вещи на выставку и адаптировавшим для нашей публики немецкий вариант "Москвы-Берлина", показанный в прошлом году в Германии. Выставка построена не хронологически, а по темам. Первый зал - "Возвышенное", картины такие: легендарные "Гимнасты СССР" Дмитрия Жилинского (манифест соцреализма 60-х), "Утро нашей Родины" Федора Шурпина (манифест послевоенного соцреализма - на картине изображен товарищ Сталин на фоне бескрайнего поля), четыре картины Йозефа Алберса "Посвящение квадрату" (такой немецкий привет херру Малевичу) и "Происхождение социалистического реализма" Комара и Меламида (манифест соц-арта 80-х). То есть набор из разных художников, разных национальностей и разных поколений. Но все работы вполне отвечают возвышенной теме зала. Следующий зал - "Гибель богов". Тот же принцип: четыре картины Гелия Коржева, две - Георга Базелицы (оба - кумиры 60-70-х годов), а также Ансельм Кифер, Валерий Кошляков и Владислав Мамышев-Монро со своей знаменитой серией травестийных фото из жизни Любови Орловой. И так в каждом зале: "Раны войны", "Массы и символы", "Идеологическая комедия", "Эхо 68-го", "Проекты одинокого человека", "Мифологии" и т.д. Большая часть экспозиции (как и большая часть советско-русской и немецкой истории) посвящена войне, тоталитаризму, изживанию комплексов и памяти (одна из тем - "Зола памяти"). Оттого-то собственно выставка и получилась немного депрессивной. Но тут уж ничего не поделаешь. Весело будет в следующий раз, например, на "Москве-Риме" в 2005 году. Концепцию кураторов и структуру выставки можно оспаривать до бесконечности. Действительно, некоторые соседства объяснить трудновато. Но не будем оспаривать. Ведь у выставки есть еще одно, возможно, самое главное, достоинство: в Москву впервые привезли великих немецких художников (Йозеф Бойс, Ханс Хааке, Ребекка Хорн - от одних имен дух захватывает) и многие суперзнаменитые их вещи. Поэтому нужно просто идти и смотреть. Десять хитов выставки "Москва-Берлин" Марина Абрамович. "Герой". 2000. Огромная видеопроекция в парадных сенях музея. Девушка с огромным белым флагом сидит на великолепном белом коне. Проект, посвященный памяти ее отца, югославского партизана, - про размышления о войне, об истории вообще, о героизме и трагическом в нем разочаровании. Потому именно эта вещь находится в самом начале выставки и задает ее интонацию. Для справки: Марина Абрамович - сербка, живущая в Амстердаме и Берлине, - суперзнаменитая художница, прославившаяся перформансом "Балканское барокко", посвященным войне в Югославии. Гелий Коржев. "Мать", "Старые раны", "Проводы", "Следы войны" - из серии "Опаленные огнем войны". 60-е годы. Гелий Коржев - некогда признанный советский художник, стал главным открытием немецкой версии "Москвы-Берлина": оказалось, что его соцреалистические картины абсолютно соответствуют вещам его немецких коллег, также мучительно переживавших ужасы и последствия войны. Теперь хочется по-новому открыть Коржева и для нас. Ханс Хааке. "Живописное полотно. Дань Марселю Бротарсу". 1982. Многочастная инсталляция: пафосный портрет Рейгана в золоченой раме, ковровая дорожка, черно-белая фотография каких-то забитых людей, как бы Рейгану и аплодирующих. На самом деле - очень тонкая и одновременно очень жесткая антивоенная (и антиамериканская) инсталляция. Хааке - один из самых знаменитых современных художников в мире (он живет в Нью-Йорке). Практически все его творчество посвящено проблемам государственной репрезентации и немецкой идентичности. Самая знаменитая его работа - превращенный в руины павильон Германии на Венецианской биеннале-1993. Комар и Меламид. "Происхождение социалистического реализма". 1983. Вероятно, самая знаменитая картина самых знаменитых наших соц-артистов. Она хранится в Нью-Джерси, а потому посмотреть ее в натуре - редкая возможность. На картине изображен товарищ Сталин и пристающая к нему муза, очерчивающая контур его тени (парафраз знаменитого античного мифа). Картина очень красивая и, пожалуй, самая веселая на выставке. Йозеф Бойс. "Уборка. Материалы акции 1 мая 1972 года на площади Карла Маркса в Западном Берлине". 1985. Огромный стеклянный ящик, в который навален всякий уличный мусор - обрывки газет, пыль, грязь и проч. Этой работой Бойс - левак, которого за убеждения отовсюду прогоняли, а потом причислили к арт-классикам (его именем в Германии сейчас называют улицы), - выразил идею "чистоты революции". Мало пока понятное для нас настоящее левое искусство. Виа Левандовски. "Берлинская комната (Разделенное страдание - это уже не беда, а полбеды)". 2002. Самая впечатляющая работа на выставке - комната, будто распиленная пополам. Распилено все - стены, диван, стол, рюмочка и даже кошка. Простая, но очень зрелищная инсталляция, посвященная, понятное дело, берлинской стене. Илья Кабаков. "Человек, улетевший в космос из своей квартиры". 1981-1988. Про Кабакова у нас, кажется, знают уже все. Но никто никогда не видел в Москве его настоящую инсталляцию, какими он, собственно, и прославился. Эта хранится, между прочим, в Центре Помпиду. Она, как всегда у Кабакова, про маленького человека, про его одиночество и про его мечты. Ребекка Хорн. "Высокая луна". 1991. Потрясающая, практически интерактивная инсталляция: винтовки крутятся вокруг своей оси и стреляют красной краской. Попадают, естественно, в зрителей - потому и интерактивная. Проект про агрессию, про израненность современного мира, про феминизм (красная краска льется из определенной формы сосудов) и про ксенофобию. Словом, про все то, что вокруг нас. Вадим Захаров. "История русского искусства - от русского авангарда до московской школы концептуализма". 2003. Огромная конструкция, разбитая на несколько частей, соответствующих периодам в русском искусстве XX века: авангард, соцреализм, соц-арт, концептуализм. В каждом отсеке-комнатке (в них надо входить, поднявшись по лесенке) - копии самых репрезентативных произведений эпохи. В комнате соцреализма - "Два вождя после дождя" Герасимова, "Ленин в Смольном" Бродского и физкультурницы Дейнеки. Так, в общем, не затейливо и очень эффектно Захаров подводит итог развитию русского искусства в прошлом веке. Его инсталляция - вполне логично - практически завершает выставку. Дмитрий Врубель. "Господи, помоги мне выжить среди этой смертной любви". 1993. Поцелуй Брежнева и Хонеккера, изображенный на берлинской стене, - самая знаменитая картина перестроечного времени. Ее автор - Дмитрий Врубель. Сейчас на выставке такой же поцелуй, только на холсте (тот был выполнен в технике граффити). Картина висит на лестнице, на обратном пути с выставки. Не пропустите.
Наверх
Наверх