Новости, деловые новости - Известия
Среда,
27 июля
2016 года

Если в кране нет... инвестпотенциала?

Генерал-майор юстиции Владимир Маркин — о том, почему Алексей Кудрин заговорил об экономической роли Следственного комитета

Владимир Маркин. Фото: Глеб Щелкунов

«У нас Следственный комитет сегодня стал главным фактором инвестиционного климата, и, к сожалению, не в лучшем виде...»
(с) А.Л. Кудрин

Здесь сразу и не поймешь, критика это или, наоборот, пожелание СКР действовать лучше в этом направлении...

Вообще-то нам в последнее время не привыкать к публичной роли ответственных за все: не только за инвестклимат, но и за нравственность. Например, пишут открытые письма на имя председателя СКР с просьбой срочно запретить концерт Элтона Джона, пока он тут не накуролесил. Можно было бы посоветовать обратиться в «лигу сексуальных реформ», но мы все же продолжаем терпеливо разъяснять азы правовой культуры: Следственный комитет не обладает полномочиями ни запрещать что-либо — на это есть суд, ни предупреждать кого-то о соблюдении закона — это делает прокурор. Мы даже оперативно-разыскные действия не проводим, поручая это другим правоохранительным ведомствам.

Задача у СКР только одна — четко и в соответствии с УК и УПК проводить следственные действия, закреплять доказательства, чтобы ни один преступник не ушел от суда и приговора. И каждый шаг следователя при этом под контролем адвокатуры, прокуратуры, суда, СМИ и общественности. Это и называется системой сдержек и противовесов в действии, главным лекарством от круговой поруки и коррупции в среде правоохранителей. В 2007 году Следственный комитет России именно для того и был создан, чтобы разорвать эту порочную цепь. И с тех пор в этом отношении сделано много, и даже в таких сложных регионах, как Дагестан, прежняя порочная система с боем, с трудом, но сдает позиции. Да, хотелось бы поскорее навести порядок, но, увы, «быстро только кошки родятся, и те — слепые».

Возвращаясь к неоднозначному заявлению А.Л. Кудрина, можно было бы опять обратиться к зарубежным аналогам. Если бы в США кто-то из политиков заявил, что ФБР несет ответственность за экономический рост, это было бы воспринято вполне однозначно. Такого рода эксцентрическими заявлениями бывшие политики привлекают внимание к будущим мемуарам. Но нам следует серьезнее отнестись к словам экс-вице-премьера, который все еще бодр и рвется в бой. Поэтому придется подробнее разъяснить некоторые нюансы российского законодательства.

Во-первых, экономические преступления в сфере бизнеса не входят в компетенцию СКР, а подследственны органам следствия МВД. И я хорошо помню, как два или три года назад, обсуждая гуманизацию Уголовного кодекса, представители деловых кругов предлагали передать экономические составы в ведение СКР, чтобы улучшить инвестклимат в регионах.

Во-вторых, спецконтингент, подследственный СКР, — адвокаты, депутаты и прочие VIP не так уж часто попадаются на экономических преступлениях в чистой сфере бизнеса. Но именно важные персоны чаще всего становятся фигурантами коррупционных дел, которые ведет Следственный комитет. И это — та самая часть компетенции СКР, которая действительно имеет отношение к экономике и инвестиционному климату. Из известных примеров можно назвать уголовные дела тульского губернатора Дудки, ярославского мэра Урлашова, топ-менеджеров «Оборонсервиса». Но я бесконечно далек от мысли, что Алексей Леонидович имел в виду судьбу бывших подчиненных из налоговой службы, когда упрекал Следственный комитет в проблемах инвестклимата.

Все дело в том, что наша экономика и правовая система находятся как раз в той стадии «декриминализации» и сокращения теневого сектора, как те же США во времена Ф.Д. Рузвельта и Э. Гувера. Сравнивать с нынешней ситуацией на Западе просто некорректно. Поэтому излишняя либерализация УК у нас пойдет во вред инвестклимату, как и ослабление борьбы с криминалом, коррупцией, круговой порукой.

У нас глава Центробанка в начале года признал, что десятки и сотни миллиардов долларов уходят в офшоры стараниями организованных групп. Однако при этом предложения Следственного комитета по усилению финансового контроля либеральной общественностью встречены в штыки.

Министр финансов в июле заявил о триллионе рублей неуплаченных налогов и таможенных платежей. Вряд ли эта «экономия на налогах» ушла в инвестиции, скорее — в офшоры. Но разве можно исправить эту ситуацию снижением роли правоохранителей?

По официальным данным Генеральной прокуратуры России, ущерб от коррупционных преступлений составил в 2012 году более 20 млрд рублей, и все мы понимаем, что это лишь верхушка коррупционного айсберга. Чаще всего ущерб связан с недобросовестными участниками приватизационных конкурсов и фирмами-посредниками при размещении госзаказа. Поэтому СКР предложил распространить полномочия оперативно-разыскных ведомств по проверке юридической личности организаций, претендующих на участие в оборонном госзаказе, также и для проверки всех участников крупных госзаказов или приватизационных конкурсов. Нам нужно отсечь от госбюджета офшорные схемы и фирмы-однодневки.

Собственно, даже беглый обзор ситуации не оставляет иного, как согласиться с А.Л. Кудриным в том, что декриминализация экономики и бюджетной сферы — это главный фактор для улучшения инвестклимата. Но чтобы делать эту работу лучше, нужны соответствующие полномочия для правоохранителей и четкий порядок их осуществления. А что точно лишнее, так это попытки переложить ответственность на других за собственные просчеты. Ведь инвестиционный климат создается прежде всего адекватной финансово-бюджетной и кредитной политикой.

Автор — руководитель управления взаимодействия со СМИ СК РФ

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Известия // четверг, 19 сентября 2013 года

Если в кране нет... инвестпотенциала?

Если в кране нет... инвестпотенциала?Генерал-майор юстиции Владимир Маркин — о том, почему Алексей Кудрин заговорил об экономической роли Следственного комитета

скопируйте этот текст к себе в блог:

Новости партнеров



реклама
Закрыть

Цитировать в комментарии
Сообщить об ошибке