Новости, деловые новости - Известия
Среда,
31 августа
2016 года

Не будем спешить с выводами

Философ Сергей Роганов размышляет о том, как мог Борис Немцов отреагировать на известие о собственном убийстве

Сергей Роганов. Фото из личного архива

Прежде всего я хочу выразить искренние соболезнования родным и близким погибшего Бориса Немцова. Как бы ни относиться к его личности и деятельности, никак не предвиденное убийство «оппозиционного политика» — абсолютный шок для всех. И, судя по отсутствию до полудня субботы более или менее взвешенной реакции на его смерть, этот шок отступит не скоро.

Но, увы, его убийство  не позволяет тактично ограничиться словами человеческой скорби. Глубокой ночью я вдруг представил себе реакцию Бориса Немцова на собственное убийство и внутренне вздрогнул. Не столько от того, что, возможно, сам до конца не верю в случившееся, сколько от возможных речей оппозиционера в первые часы после своей гибели или на траурном марше, который намечен в центре Москвы вместо Антикризисного марша 1 марта в Марьино.

Шокирующая нелепость убийства пришлась бы ему по нраву, и он уж точно не ограничился бы скупыми соболезнованиями – вот повод, так уж повод проклясть режим, президента России, войну, санкции и призвать сплотить ряды для последнего и решительного боя. Его соратники и партнеры, собственно говоря, своими словами будто уже озвучивают и озвучат до конца все, что он, безусловно, высказал бы сам и не раз.

Роскошному сценарию убийства можно только аплодировать с гримасой отвращения по отношению к авторам и исполнителям. В двух шагах от Кремля и собора Василия Блаженного, под записи видеокамер, в обществе юной киевской модели хладнокровно и профессионально расстрелять… совершенно безобидного человека, который волею спотыкающейся от одышки судьбы стал «ярким лидером» и символом российской оппозиции и конечно же личным врагом Владимира Путина, как тут же заголосили CNN и BBC.

Я возьму на себя ответственность и успокою незадачливых лидеров оппозиции, в том числе и господина Гозмана, который в Нью-Йорке тут же узрел «черную метку» для всех оппозиционеров и твердо заверил всех, что, несмотря ни на что, он все-таки вернется в Москву. Господа борцы, ручаюсь, что все, что делает проклинаемая вами власть, так это только бережет вас как зеницу ока и даже вовремя дает 15 суток, дабы уберечь от неожиданных инцидентов на очередных маршах. Потому что лучшего могильщика любого более или менее критичного взгляда — я уже не говорю оппозиционного — на существующий порядок вещей в России, чем вы сами и покойный Борис Немцов, трудно отыскать. Все, что можно было сделать, чтобы навечно оттолкнуть от вас любых здравомыслящих людей, вы сделали в самом лучшем виде. Эффективности вашей работы на этом поприще можно только угрюмо аплодировать, как и сценарию убийства Бориса Немцова.

Абсолютно никакой опасности, тем более для России и Владимира Путина, Борис Немцов не представлял и представлять не мог, кроме как в воспаленном воображении западных яростных критиков «путинизма» и обезумевшей части креативного населения Москвы и крупных городов. Ни-ка-кой опасности.

Слушая оппозиционера, оценивая его заявления, можно было только изумляться тому, что кто-то воспринимает его всерьез и может говорить с ним о чем-то действительно значимом. Но слушали и воспринимали — и роль его брошюр в отставке политического мастодонта Юрия Лужкова или заявления о многомиллиардном состоянии Владимира Путина. Теперь заявляют о готовящемся докладе Бориса Немцова об участии Российской армии в украинском конфликте или — еще лучше — о том, что некие «черносотенцы», «антимайдановцы» решились на такое отчаянное, но в высочайшей степени профессиональное убийство политика под стенами Кремля.

 Призывы опомниться, разумеется, бессмысленны. Как и призывы наконец отнестись к самим себе хотя бы с оттенком самокритики и самоиронии.

 Карта такого масштаба — убийство Бориса Немцова в подобных обстоятельствах — разыгрывается крупнейшими игроками мировой политики, и, совершенно очевидно, реакция российского общества и лидеров западных стран будет использована в пока неясной игре по-крупному. На кону конечно же Украина, а не только киевская модель, спутница Бориса Немцова, и жесткое противостояние России и США.

Речь здесь идет о масштабно организованной провокации на глазах у Кремля, более того — своего рода политической демонстрации против России… чьей? Здесь пока можно только гадать, не располагая никакой достоверной информацией. Единственно, кому можно абсолютно доверять, так это самой России и силовым ведомствам — только в их интересах максимально быстро если не раскрыть все преступление, то хотя бы выйти на исполнителей.

Увлечение Борисом Немцовым как крупным политиком, врагом Владимира Путина — это как раз черта сторонних наблюдателей и участников, для российского же общества — это такая же чушь, как и планы не сегодня завтра опрокинуть страну в майданные революции. Также не думаю, что Франсуа Олланд или Ангела Меркель, то есть Франция или Германия, которые не так давно метались между Киевом и Москвой, могли быть причастны к такой провокации — не тот масштаб. А для обвинений непосредственно в адрес США ни я, ни вы не располагаем ничем, кроме предположений, но и собственных мозгов, потому не будем лепить ахинею в стиле оппозиции. 

В ближайшие дни и недели картина и атмосфера вокруг этого убийства будут проясняться действиями основных игроков на международной арене в развитии или, наоборот, в локализации гражданской войны на Украине. И все же такая будто бы очевидность, как обвинение Соединенных Штатов в организации убийства, слишком уж настораживает. Слишком уж красочная картина маслом получается. Слишком уж очевидна американская «черная метка» всей России.

То, что хлынет на головы граждан России в ближайшие дни и недели, будет сродни невиданному цунами, которое сметет любые остатки любого здравомыслия, боюсь, что через какое-то время будет страшно заглядывать в новостные ленты или на страницы ведущих СМИ. А перед глазами — жизнь самого Бориса Немцова, которому судьбой было уготована незавидная роль «сакральной жертвы» в крупной, но совсем не его масштаба игре мировой политики.

Покойся с миром, Борис Ефимович, земля тебе пухом.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Известия // суббота, 28 февраля 2015 года

Не будем спешить с выводами

Не будем спешить с выводамиФилософ Сергей Роганов размышляет о том, как мог Борис Немцов отреагировать на известие о собственном убийстве

скопируйте этот текст к себе в блог:

Новости партнеров




Новости сюжета «Убийство Бориса Немцова»:

реклама
Закрыть

Цитировать в комментарии
Сообщить об ошибке