Воскресенье, 28 мая 2017
Энергетика 11 августа 2015, 16:08 Андрей Щукин

«Стратегия» в поисках гармонии

Фото: PhotoXPress

Анонсированный этой весной проект «Энергостратегия-2035» отправлен на доработку. Окончательный вариант будет рассмотрен правительством РФ осенью, однако уже известно, что достижение поставленных документом целей потребует практически удвоения среднегодовых капиталовложений в отрасль. А вот как и за счет чего предполагается это делать — вопросы пока открытые.

В настоящее время топливно-энергетический сектор отечественной экономики формирует около 25% ВВП и 30% бюджета. По сути ТЭК — главный источник доходов в масштабах всей страны. Но известные события на меж­дународной арене, а также непростая внешнеполитическая обстановка встревожили даже самых ярых адептов культа «нефтяной иглы» — по указке наших заокеанских «партнеров» просвещенная Европа в любой момент может закрыть свои рынки для российских углеводородов. При таких рисках делать ставку на постоянное увеличение добычи нефти и газа, как и на экспорт энергоресурсов, уже нельзя. Поэтому было решено полностью перекроить документ 2009 года, внеся туда корректировки, соответствующие, что называется, духу времени. Подробности документа пока не обнародованы, однако некоторые целевые показатели известны уже сейчас. Конечно же самая интересная цифра — это цена реализации этой стратегии: выполнение поставленных целей потребует $3,2–3,3 трлн в ценах 2010 года.

Дьявол в деталях

Вообще цифр в проекте документа довольно много (см. инфографику), и, казалось бы, их вполне достаточно для того, чтобы отдельные куски целевых показателей собрались в единый, аккуратный паззл. Но полной, законченной картины все равно не получается. «Причина — в невысоком уровне прогнозирования и в отсутствии в документе конкретных механизмов реализации стратегии, — считает Георгий Кутовой, профессор кафедры «Государственное регулирование естественных монополий» ИПК Госслужбы. — Проблема в том, что все варианты стратегий, которые разрабатывались до последнего момента, были подготовлены одними и теми же людьми и коллективами. Все они через два-три года перемещались на полку как ненужный материал».

Кроме того, по словам эксперта, во всех этих документах желаемое выдавалось за действительное. Футуристические картинки одна лучше другой, а в итоге в стратегии нет рекомендаций, какими механизмами все это реализовывать. Между тем в нынешних условиях, когда энергетика имущественно децентрализована, Минэнерго не может управлять ею эффективно. «Практически вся энергетика сегодня частная, кроме естественных монополий, сетей и системного оператора, — поясняет Георгий Кутовой. — Поэтому для того, чтобы формировать инвестиционную программу под энергетическую стратегию, нужно разработать какие-то механизмы стимулирования, а не просто перечислять достижения, которые у нас должны быть к 2035 году. Картинку можно нарисовать любую, а вот как это все реализовывать — об этом в проекте документа нет ни слова».

Энергетика не существует сама по себе, она нужна для обеспечения социально-экономического развития страны, а для этого в основе должен лежать прогноз. Соответственно необходимы механизмы социально-экономического развития нашей страны, которое и предопределяет потребность в электроэнергетике и энергоресурсах. Простой пример: проектом документа предусмотрено строительство большой генерации, что по экономическим, техническим и коммерческим факторам вступает в противоречие с развитием малой промышленной и коммунальной энергетики, которая и по месту, и по масштабу, и по времени спроса, и по экономическим показателям сегодня более прогрессивна, чем большая системная энергетика. «В настоящее время капитальные затраты на строительство 1 КВт мощности в большой районной электростанции с блоками по 450 МВт обойдутся в сумму не меньше $2,5–3 тыс., — отмечает Георгий Кутовой. — В атомной энергетике эта цифра еще выше — от $3,5 тыс. за 1 КВт. Но концентрируя мощности в таких объемах на одной площадке, мы вынуждены строить сети для их выдачи, а это повышает стоимость капитального строительства еще на 40%. В то же время научно-технический прогресс в малой и средней энергетике достиг такого уровня, что по когенерации мы можем выйти на стоимость киловатта установленной мощности в $1,5 тыс., причем без необходимости строительства сетей. Скажите, каким механизмом можно заставить бизнес строить дорогие электростанции?»

Гиганты больше не нужны

Да, сегодня основная проблема заключается в том, что большую долю в структуре выработки электроэнергии занимают ГЭС и атомные электростанции. При этом последние не загружены на полную мощность из-за балансировки спроса и предложения, тепловой нагрузки, которую необходимо покрывать. «Сейчас даже самые крупные производители генерирующего оборудования говорят, что время больших блоков прошло, — констатирует Наталья Невмержицкая, председатель правления НП гарантирующих поставщиков и энергосбытовых компаний. — Крупные блоки могут эффективно работать только в базовых режимах, в иных случаях у них слишком маленький КПД. Получается, что в структуре генерации большие газовые блоки в ближайшее время не понадобятся (если только ими не замещать, например, атомные станции). При этом «Энергостратегия-2035» делает акцент на дальнейшее развитие атомной энергетики. Хотя у участников рынка возникает вопрос — зачем? И главное: сколько тогда будет стоить электроэнергия?»

В то же время сохраняется тенденция к увеличению доли распределенной генерации в общем объеме выработки электростанций России: перекрестное субсидирование, высокие цены на электроэнергию и сложности с технологическим присоединением вынуждают потребителей строить собственные объекты генерации. В изначальном варианте «Энергостратегии» года распределенная генерация не учитывалась вовсе, сейчас же это один из важных ее элементов. Все понимают, что за распределенной генерацией будущее, особенно на фоне развития технологий возобновляемых источников энергии и накопителей, которые так или иначе направлены на децентрализацию энергоснабжения.

А вот по мнению директора департамента содействия инвестициям и инновациям Торгово-промышленной палаты РФ Алексея Вялкина, основной сложностью станет недостаток ресурсов для реализации стратегии в ее инвестиционной составляющей: «Снижение инвестиций ожидается в производстве нефтепродуктов. Это связано с завершением реализации основных мероприятий по модернизации производственных мощностей нефтеперерабатывающей промышленности. Таким образом, доля ТЭКа в общем объеме инвестиций в целом по экономике к 2017 году значительно сократится».

В такой ситуации большое значение приобретает создание специальных условий и инструментов для льготного привлечения длинных недорогих заемных средств в отраслевые проекты, в том числе институциональных инвесторов. Полезным будет и потенциал малого и среднего предпринимательства, в первую очередь — производственного и инновационного. Речь идет прежде всего о производстве нефтегазодобывающего и перерабатывающего оборудования и оснастки, их эксплуатации и сервисном обслуживании.

Инфографика: Василиса Дорошина

Наверх

Мнения

Наверх