Среда, 24 мая 2017
Инновации 31 марта 2016, 15:45 Любовь Востокова

К 2025 году станет легче

Фото: ТАСС

В начале марта 2016 года правительство РФ утвердило программу поддержки легкой промышленности в рамках антикризисного плана на текущий год. Однако объем финансовой помощи государства невелик — всего 1,4 млрд рублей. Смогут ли отечественные производители эффективно заниматься импортозамещением на внутреннем рынке и конкурировать с зарубежными компаниями?

Сегодня доля отечественной продукции легкой промышленности в общих продажах на российском рынке составляет 24,6%. Минпромторг РФ планирует увеличить ее до 50%, повысить вклад легкой промышленности в ВНП с 0,9 до 1,5% и создать от 245 до 330 тыс. новых рабочих мест. Для этого разработана «Стратегия развития легкой промышленности в РФ на период до 2025 года», которая включает целый комплекс мер поддержки отрасли — как управленческих, так и финансовых.

Наше, но чужое

В этом году прямая помощь от государства — те самые антикризисные 1,4 млрд рублей — пойдет на субсидирование предприятий, выпускающих одежду для детей и, в частности, школьную форму. Остальным придется надеяться на льготное кредитование своих производств. У легкой промышленности появится свой отраслевой банк, что значительно облегчит доступ к кредитным ресурсам, а Росагролизинг под 3,5% годовых поможет предприятиям с техническим «перевооружением». Основная управленческая мера — постановление правительства РФ № 791, запрещающее закупку товаров легкой промышленности для федеральных нужд при наличии отечественных аналогов, — расширена на региональный и муниципальный заказы. Это должно простимулировать внутренний спрос.

Так, в 2018 году в Иваново откроется химический комбинат по производству штапельного волокна, которое используется не только в изготовлении одежды, но и в смежных отраслях — железнодорожной, автомобиле- и судостроении. Предполагается, что комбинат сможет выпускать до 250 тыс. т волокна в год. Для сравнения: сейчас крупнейшие производители химических волокон в России — «Комитекс» в Сыктывкаре и «Владимирский полиэфир» совокупно выпускают всего 33 тыс. т.

Между тем производство химических волокон (полиэстера, полипропилена, вискозы и полиамида) относится к приоритетным направлениям развития легкой промышленности. Например, вискозу в России не производят совсем — технологии устарели, предприятия закрыты, все придется создавать заново. Доля импорта остального сырья этой группы очень высока: полиэстера — 74%, полиамида — 88%. «Качественный полиамид в России вообще отсутствует, — отметила Наталья Терехова, коммерческий директор московской компании «Стилма», производящей женские колготки. — Поэтому сырье и оборудование у нас импортные, и валютная составляющая порядка 50%».

Термин «российское производство» вообще условный. «Даже если фабрика находится в нашей стране, она все равно работает с импортным сырьем, — рассказывает Елена Письменская, коммерческий директор компании детской одежды «Шалуны». — Ткань, нитки, фурнитуру, пуговицы на российский рынок поставляют в основном Китай и Турция». Система нестабильна и зависит от курса валют и политических отношений со странами-поставщиками, поэтому участники отрасли крайне заинтересованы в налаживании всей производственной цепочки для нужд легкой промышленности.

«Запуская в разгар кризиса наш второй бренд, демократичный по стилю и ценам ARnouveau, мы решили закупать ткани и фурнитуру в России, нашли хороших производителей, это уменьшило издержки и сделало цены доступными для модниц, — рассказывает Анастасия Романцова, создатель и креативный директор бренда A LA RUSSE. — Одежда шьется на нашем собственном производстве в Москве, поэтому по качеству вещи не уступают коллекциям основного бренда A LA RUSSE Anastasia Romantsova». У компании есть ателье, где создаются наряды по индивидуальным заказам, крестильная и детская одежда, а также дизайн-бюро, которое разрабатывает школьную форму. В этом году отдел легкой промышленности Минпромторга РФ признал А LA RUSSE лучшей компанией, разработавшей школьную форму для учащихся средних классов. «Мы выиграли тендер и стали разрабатывать сувенирную продукцию для ГМИИ им. А. С. Пушкина и Музеев Московского Кремля. Все сырье — отечественное», — подчеркнула Анастасия Романцова.

Все хотят нашей кожи

Но такая история пока исключение для люксовых брендов. Как правило, чем дороже продукция, тем более тяжелым «бедствием» представляются владельцам отечественные материалы. Ателье МТМ–Moscow шьет сорочки по персональным меркам в Москве, частично размещает заказы в Удмуртской Респуб­лике, но для производства использует только высококачественные иностранные материалы. «Ткани у нас из Италии, Испании и Голландии, фурнитура из Испании и Австралии, — признается Максим Морозов, креативный директор ателье. — Мы регулярно изучаем ткани и фурнитуру отечественных производителей, но, к сожалению, качество их продукции в настоящее время не соответствует нашим параметрам».

Что же касается производства российской обуви, то в стране есть соответствующие фабрики, которые можно и нужно развивать, — в Подмосковье, Санкт-Петербурге, Ростове-на-Дону, Челябинске и Новосибирске. Но... проблемы те же: по словам Антона Титова, директора ГК «Обувь России», обувная отрасль на 100% зависит от импортного оборудования. «Российского оборудования для обувных фабрик нет, и появится оно не скоро, если вообще появится, — считает эксперт. — Девальвация рубля вызвала более чем двукратный рост цен на оборудование, а значит, и удорожание производственных проектов». Сейчас в выигрыше те фабрики, которые еще до кризиса успели закупить необходимое высокотехнологичное оборудование и отладить все процессы. Создавать же фабрику с нуля — очень непростая задача. К тому же работать на отечественном сырье «можно, но сложно». «У нас всего несколько кожевенных заводов на всю страну, не производится меховой подклад, фурнитура», — жалуется Антон Титов... Однако постепенно задача создания базовых производств решается: летом 2015 года компания «Русская кожа» объявила о строительстве кожевенного завода за Уралом, в Алтайском крае.

Это отличная новость, тем более что продукция отечественных кожевенных предприятий пользуется спросом не только в России, но и за рубежом. Например, Рязанский кожевенный завод выпускает 35% кож в нашей стране, половина отправляется на экспорт в Европу и Азию. По тому же принципу работает и кожевенный завод «Хром» в Ярославле. Вяземский кожевенный завод экспортирует около 40% продукции, правда, речь идет о коже для мебели, и в этом сегменте завод — крупнейший в России. Отделка автомобильных салонов, нужды авиации, судостроения и железнодорожного транспорта, галантерейные изделия — отечественная кожа один из немногих видов сырья в отрасли, которого вполне хватает.

Кадры пока не решают

Помимо проблем с оборудованием и сырьем легкая промышленность испытывает еще один специфический дефицит. «Реализация программы импортозамещения может застопориться из-за отсутствия квалифицированных кадров», — предупреждает Елена Залесская, владелец кадрового агентства Modnoe buro и портала Rabotafashion. За последние два года число вакансий в производственной сфере выросло почти на 30%. Есть огромный спрос на линейный производственный персонал, но среди молодежи нет «голубых воротничков» (рабочих специалистов), и спрос не удовлетворен. Складывается парадоксальная ситуация — работодатели пытаются удержать от ухода на пенсию возрастных работников. «Они оказались носителями тех квалификаций и компетенций, которые нужны в свете нового экономического курса», — объясняет Елена Залесская.

Иностранцы также являются «носителями тайных знаний», чем активно пользуются, открывая в России собственные школы по обучению специалистов легкой промышленности. Так, итальянский ShoesBar, специализирующийся на производстве, ремонте и сопутствующем обслуживании обуви класса люкс, в апреле этого года начинает обучение в Школе обувных мастеров. «Наши итальянские партнеры хотят, чтобы школа стала производственной площадкой, которая возродила бы в России культуру ручного обувного мастерства, — рассказал Владимир Венедиктов, финансовый директор школы обувных мастеров ShoesBar. — Обучение будет проходить в несколько этапов, лучших учеников трудоустроят». До этого момента дорогую обувь делали в Италии, на местных мануфактурах. Теперь же сырье и комплектующие по-прежнему будут поставляться оттуда, но производство в России позволит снизить стоимость каждой пары на 30%.

Made in Russia

Русское название бренда вкупе с пометкой на бирке «Сделано в России» особого энтузиазма до кризиса у населения не вызывало. «Мы не скрывали российское происхождение бренда, но и не особо его афишировали, так как у колготок российского производства репутация не слишком качественных и победить этот стереотип в одиночку мы не рассчитывали», — делится Наталья Терехова. Выводить бренд на рынок было сложно, компания столкнулась с недоверием к марке со стороны крупных игроков. Однако в конце 2014 года ситуация изменилась. Всплеск патриотизма отразился на интересе к отечественным маркам как со стороны крупных ритейлеров, так и со стороны конечных потребителей.

«Сейчас покупатели все чаще осознанно выбирают отечественные товары», — соглашается Максим Морозов. Но это касается в основном внутреннего рынка, в то время как ателье МТМ–Moscow поставляет сорочки и за рубеж — в Италию, Испанию, США. «На мировых рынках недоверие к продукции из России сохраняется, если речь идет не о продукции ВПК, — подчеркнул эксперт. — Для продвижения российских производителей необходима поддержка со стороны государства».

Однако, по мнению экспертов, ситуация постепенно будет меняться и в большей степени вовсе не за счет господдержки, а благодаря самим участникам отрасли, если те, конечно, готовы повышать качество своей продукции. «Если покупатели увидят вещь достойного качества и дизайна — они с удовольствием ее купят, — уверена Елена Бугранова, президент Союза Русских Байеров. — Но пока та часть населения, которая привыкла к импортной, особенно люксовой, одежде, к определенному качеству и стилю, не готова переключиться на товары, производимые нашей легкой промышленностью». По мнению эксперта, отечественным производителям надо серьезно работать с модными трендами: «Даже если качество пошива налажено, проблема с эстетикой и с модой все равно остается. В целом к серьезной конкуренции на международном рынке мы пока не готовы. Отечественный люкс занимает всего 3% российского рынка, в среднем сегменте занято около 13%, цифра 25% относится только к масс-маркету — пока нам есть куда расти и здесь, у себя дома».

Наверх

Мнения

Наверх