Новости, деловые новости - Известия
Четверг,
31 июля
2014 года

«Допрашивать нужно Сердюкова и Васильеву, а не мою дочь»

Мать обвиняемой по делу о хищениях в «Оборонсервисе» считает, что ее дочь подставила ее сокурсница и протеже экс-министра обороны

«Допрашивать нужно Сердюкова и Васильеву, а не мою дочь»

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Александр Давашкин

Cегодня в Москву из Санкт-Петербурга приехали родители Екатерины Сметановой — основной фигурантки по делу о хищения в холдинге «Оборонсервис». По версии следствия, возглавляемая Сметановой компания «Центр правовой поддержки «Эксперт» занималась оценкой имущества Минообороны, после чего оно распродавалось по заниженным ценам. Мать Сметановой Ольга Пожарская уверена, что ее дочь невиновна — ее подставили высокопоставленные чиновники Минобороны, а следователи теперь творят против нее беззаконие.

— Где сейчас находится ваша дочь, что с ней происходит?

— Гражданские права моей дочери катастрофически нарушены. Это настоящий беспредел — она уже 21 день сидит в изоляторе временного содержания, где нет никаких условий. Адвокатов ей не дают, свиданий с родными не разрешают. К ней не допускают никого. Разве это не беззаконие? И я не знаю, что мне делать. Двое детей Кати брошены, оба родителя в тюрьме сидят. Такое впечатление, что наша семья попала в какой-то страшный сон.

— Как вы считает, для чего это делается? 

— Катю хотят сделать главным фигурантом этого дела и всю вину за хищения в «Оборонсервисе» возложить на нее. Хотя она даже не являлась сотрудником этого предприятия. И вообще она проработала в Москве всего 10 месяцев. Вся ее вина состоит лишь в том, что она была знакома с этой Евгенией Васильевой (бывшая глава департамента имущественных отношений Минобороны. — «Известия») еще со студенческой скамьи. На этом и строится все обвинение.

— Ваша дочь дружила с Васильевой? Это она пригласила ее в Москву?

— Да, она поехала в столицу по ее приглашению. Но они не были друзьями, они просто вместе учились. После окончания института они иногда созванивались. Изредка встречались. Но это нельзя было назвать дружбой. Они никогда не были равными — ни по материальному доходу, ни по семейному положению, у них не было точек соприкосновения никаких. Эта Васильева использовала ее.

— Каким образом?

— Катя у меня девочка работоспособная. Труженица. Способная, ответственная, и характер у нее открытый, доверчивый. Вот на этом доверии она и попалась. Ей Васильева пообещала хороший оклад, она и поехала в Москву. И моя дочь была инструментом в руках этой Васильевой и всех чиновников Минобороны. У нее же мягкий и покладистый характер.

— По версии следствия, ваша дочь участвовала в махинациях с имуществом Минобороны.

— Ее вина не доказана. Всё это только «якобы». Следствие нарисовало себе какую-то цепочку и теперь пытается в этом всех убедить. А где Васильева, где Сердюков, почему их не допрашивают? Почему моя дочь одна отдувается за весь «Оборонсервис»? И теперь на нее хотят повесить все 4 млрд. Такое впечатление, что она дверь ногой открывала в Минобороны, и забирала объекты, и имела с этого доход.

— Как, по-вашему, всё происходило?

— Моя дочь была маленьким звеном во всей этой цепочке, исполнитель. Ей говорили —  нужно провести сделку. И она занималась ее техническим сопровождением: готовила документы, заключала договоры купли-продажи. У нее хоть и был Центр правовой поддержки, но на деле это была лишь банальная риелторская контора, которая выступала посредником между покупателем и продавцом.

— Но объекты продавали по заниженной цене.

— Цену на них устанавливала не моя дочь. Это были совсем другие люди, которые почему-то все находятся на свободе. А моя дочь, которая выполняла все свои обязательства перед «Оборонсервисом», теперь сидит. Все деньги за проданные объекты, которые должны были быть перечислены «Оборонсервису», она перечисляла. 5% за сопровождение сделки ей платили коммерсанты, всё остальное — уже не ее рук дело. Она просто делала то, что ей говорили.

— Вы знаете, что на вашу дочь уже заводили уголовное дело в феврале этого года?

— Оно было прекращено в конце лета. Следователи не нашли никаких доказательств. 31 октября этого года Катю и ее мужа Максима Закутайло вдруг снова вызвали на допрос в Москву и там же обоих арестовали. Сейчас следователи опять используют ее мягкий и доверчивый характер. Моя дочь верит в их обещания о свидании с матерью, в то, что ее отпустят. И вообще непонятно, что там происходит с Катей. Может быть, ей нужна встреча с психологом. Почему она в один день пишет два взаимоисключающих заявления? Сначала она просит адвоката — и тут же пишет заявление о его отводе. Если бы я знала, что всё так сложится, когда год назад Катя попросилась поработать в Москве, я бы ее закрыла на семь запоров и телефоны все выключила, чтобы Васильева ей не звонила.

33-летняя Екатерина Сметанова, возглавлявшая коммерческую организацию «Центр правовой поддержки «Эксперт», после своего задержания 1 ноября 2012 года стала первой официальной подозреваемой в деле «Оборонсервиса». Компания Сметановой участвовала в реализации освобожденного недвижимого имущества Минобороны и сотрудничала по этим вопросам с «Оборонсервисом». Подруга Сметановой Евгения Васильева была членом совета директоров этого холдинга.

По фактам махинаций при продаже недвижимости, земельных участков и акций, принадлежащих «Оборонсервису», возбуждено уже пять уголовных дел. Эти дела были объединены в одно производство. Общий ущерб по ним оценивается в 3 млрд рублей.

Известия // вторник, 20 ноября 2012 года

«Допрашивать нужно Сердюкова и Васильеву, а не мою дочь»

«Допрашивать нужно Сердюкова и Васильеву, а не мою дочь»Мать обвиняемой по делу о хищениях в «Оборонсервисе» считает, что ее дочь подставила ее сокурсница и протеже экс-министра обороны

скопируйте этот текст к себе в блог:

Новости сюжета «Дело «Оборонсервиса»»:

реклама
реклама