Новости, деловые новости - Известия
Среда,
25 мая
2016 года

Эксгумация фашизма

Политолог Александр Щипков — о том, на какие меры идут экономические элиты идут ради отсрочки финала мирового кризиса

Александр Щипков. Фото: С. Мшвилдадзе / pravoslavie.ru

В 2014 году мы стали очевидцами страшного события — легализации фашизма. Ультраправый переворот и геноцид русских на Украине были поддержаны ведущими западными странами. США и Канада демонстративно проголосовали против резолюции ООН о недопустимости героизации нацизма. Это знаковое событие означает, что либеральное общество вступает в состояние неоархаики, как это имело место в 1930-е годы.

Давно обращало на себя внимание постепенное превращение понятия «фашизм» из научного термина в пустой эмоциональный ярлык, который политики и блогеры использовали в перепалках по любому поводу. Сегодня резкое похолодание политического климата ощутимо, но не все готовы признать очевидное: фашизм реабилитирован, русскому обществу объявлена война. В России период «отрицания болезни» затянулся, и это тревожный факт.

Необходимо восстановить в правах понятие «фашизм», напомнить о его подлинном содержании.

Когда-то термин «фашизм» обозначал локальное явление — режим итальянского диктатора Бенито Муссолини. Позднее он поменял смысл и стал синонимом нацизма (национал-социализма) Третьего рейха. В течение 1950–1990-х западная политология стала называть фашизмом любой репрессивный режим и отождествляла его с паранаучным термином «тоталитаризм». Это было сделано для того, чтобы объединить нацизм и коммунизм, явления идеологически полярные и имеющие разные социальные базы. В одном случае — крупную буржуазию и средний класс, в другом — пролетариат и городские низы.

Теория бинарного тоталитаризма не имеет серьезного научного статуса. Термину «фашизм» сегодня возвращен его исторический смысл. Это синоним расизма и всех его разновидностей — культур-расизма (идея культурного превосходства), социал-расизма (идея социального неравенства как от природы данного разделения людей на господ и холопов) и т.п.

Основная идея этих доктрин одна: миф превосходства и принцип «градации человеческого материала». При этом всегда находится группа, в отношении которой «закон не писан» и «всё дозволено».

Фашизм направлен против той части идентичности, которую человек не может изменить, — этнической. Этим он принципиально отличается от обычного авторитаризма, требующего к себе идеологической лояльности. Фашизм не оставляет человеку никакого «или». Именно поэтому теория двух тоталитаризмов, пытающаяся соединить фашизм и коммунизм, — кощунственна.

Обычно выделяют несколько признаков фашизма. Так, итальянский философ Умберто Эко насчитал их 14. Но такой подход лишь размывает предмет разговора. Миф превосходства — важнейший признак. Остальное факультативно. Дополнительные определения порождаются желанием «прицепить» к фашизму что-то еще.

Например, «национальную гордость». Нормальные люди гордятся своим народом и его культурой, но не стремятся уничтожить другие народы. В этом отличие национализма от нацизма.

Или «традиционализм». Если бы дело было в традициях, народы бы веками пребывали в состоянии фашистской лихорадки. Традиция — враг «голоса крови», в ней нет логики исключения, а фашизм этой логикой живет. Не случайно он связан с протестантской линией в христианстве и ее идеей «избранности ко спасению». Помимо идеи исключительности, фашизм рожден духом обновления, уничтожения слабого и «ненужного» ради победы силы, новизны и рациональности. Повторю: традиция — главный враг фашизма.

Идея сильного государства сопутствует фашизму, но не определяет его. Олимпиада 1936 года, «Олимпия» Лени Рифеншталь — это символы сильной государственности. Но фашизм Гитлера заключался не в Олимпиаде, а в Нюрнбергских расовых законах, казнях славян, евреев и цыган, планах колонизации восточных территорий.

Да, война 1941–1945 годов была противостоянием авторитарных государств, но лишь с немецкой стороны она была войной этнической. Намерений проводить геноцид «неполноценных арийцев» не было ни у советских солдат, ни у Иосифа Сталина.

В Европе в последние десятилетия было модно рассуждать о фашизме как «реакции на большевизм». Действительно, рост влияния левых идей в Европе первой половины XX века вызвал активизацию ультраправых сил. Но корни фашизма куда древнее марксистских и большевистских. Фашизм возник как оправдание колониальной экспансии. Гитлер не придумал ничего нового. Он лишь перенес с окраин мира в центр Европы кровавые колониалистские методы англичан, французов, испанцев… и сделал уничтожение людей быстрым и технически совершенным: газовые камеры, массовые захоронения.

Режим 1930-х годов в Германии — законный ребенок европейского либерального капитализма. Но этот вывод серьезно ранит европейское самосознание. Такие идеи жестко табуированы. Но шила в мешке не утаишь. Авторы левого направления всё чаще развивают эту идею.

Сегодня мы наблюдаем архаизацию общества и скольжение его к состоянию «новой дикости». Отсюда рассуждения европейских политиков об Украине как «форпосте цивилизации». Впрочем, утверждение, что Россия «не соответствует демократическим стандартам», уже вряд ли может кого-то обмануть. Эвфемизмы — продукт языка, а не политической реальности. Эта фраза маркирует Россию как «неполноценное» государство, населенное «неполноценными» людьми — ватниками, колорадами. Неофашистская модель в рамках либерализма часто выстраивается путем смещения границ толерантности. На одних толерантность распространяется, на других — нет. Условием защиты прав одной группы является уничтожение прав другой.

Политический миф о глубинном противостоянии либерализма и нацизма всегда опровергался независимыми историками. Сегодня этот миф окончательно дискредитирован.

Родство двух идей — фашистской и либеральной — очевидно. Обе они восходят к идее естественного отбора, перенесенного на человеческое общество. Иначе говоря, сильнейшие должны выживать за счет слабейших. В эпоху социализма эту доктрину принято было называть «социал-дарвинистской». Действительно, принцип «сохранение приспособленных рас», перенесенный в общественные науки, вылился в принятие Нюрнбергских законов, призванных охранять «чистоту расы и крови» — «Закона о гражданине рейха» и «Закона об охране германской крови и германской чести».

Возвращение фашизма — признак определенных исторических ожиданий. На эту меру экономические элиты идут ради отсрочки финала мирового кризиса. Но в итоге фашизм приведет западное общество к краху.

Известия // понедельник, 6 апреля 2015 года

Эксгумация фашизма

Эксгумация фашизмаПолитолог Александр Щипков — о том, на какие меры идут экономические элиты идут ради отсрочки финала мирового кризиса

скопируйте этот текст к себе в блог:

Новости партнеров


реклама
Закрыть

Цитировать в комментарии
Сообщить об ошибке