Новости, деловые новости - Известия
Пятница,
30 сентября
2016 года

Россия—Китай: стратегическое партнерство против санкций

Публицист Дмитрий Косырев — о том, как Пекин делает бессмысленной антироссийскую экономическую блокаду

Фото из личного архива

Российско-китайское стратегическое партнерство раздражает многих. И в России, и особенно за рубежом. Сегодня среди критиков союза Москвы и Пекина популярным стало экономическое сотрудничество — Китаю-де наплевать на проблемы России. Прояснять вопрос пришлось министрам иностранных дел двух держав.

«Китай остается нашим ведущим торгово-экономическим партнером», — заявил Сергей Лавров, открывая недавние переговоры в Москве со своим китайским коллегой. Высказался и министр Ван (в данном случае во время встречи с президентом Владимиром Путиным): «Мы также глубоко убеждены в перспективе практического сотрудничества с российскими партнерами, хотя в прошлом году общий объем взаимной торговли несколько упал».

Можно предположить, что это — совместный ответ. Ответ на как бы случайно возникшую в нашем медиапространстве идею, что надежды на китайские кредиты обрушились — и это как раз в годовщину начала западной кредитно-инвестиционной блокады (март 2014 года). Особо горячие личности говорят даже так: «разворот на Восток закончен». Или так: да китайцы просто присоединились к санкциям!

Вообще-то уже минимум лет 25, как Китай — тема в России острая, идеологическая, с подтекстом: как вы можете укреплять связи с главным конкурентом США и Запада, куда вы разворачиваетесь, вернитесь. И не стоит большого труда отлавливать известно откуда берущиеся, все новые, простые и поэтому фальшивые лозунги, предназначенные для людей не очень знающих. От бредовой и подтвердившейся с точностью до наоборот идеи «демографического давления» Китая на Россию (на самом деле наша эмиграция туда больше китайской к нам) до вот этой — не дают кредитов.

Откуда этот стон несется? От тех людей, которые продолжают помогать деньгами экономике США. 

Конечно, это хороший бизнес — взять у какого-то западного банка кредит под 5% и продать эти деньги российским клиентам под, условно, 20%. Многие у нас так работали. Но что мы все считаем проценты? Китай нам друг? Так пусть даст, допустим, триллион долларов из валютных резервов. Просто так. У него же еще два с лишним останется.

Теперь насчет встречи двух министров. Обсуждалось вообще все, что предстоит сделать России и Китаю за год. Встречи на высшем уровне (в последнее время наши лидеры общаются минимум по пять раз в год), согласованная работа по Корее, Сирии, БРИКС, ШОС... расписание, в общем. Экономики лишь касались.

С ней все просто: упали цены на нефть и газ. Мы поставляем этого сырья Китаю больше, чем раньше, но получаем меньше (в долларах). Было бы странно, если бы Китай продолжал покупать у нас нефть по 100 долларов, если может где угодно приобрести ее за 40. И поэтому наш товарооборот, тоже в долларах, не достигнув заветной цифры в 100 миллиардов в год, упал куда-то к 70. Хотя и с прочими странами у нас происходит нечто похожее.

Но как же все-таки с кредитами — не с любимой в определенных кругах межбанковской торговлей деньгами, а в целом? В целом они у Китая для нас есть, но на конкретные проекты. Проекты иногда корректируются. Например, в 2009 году Китай предоставил «Роснефти» и «Транснефти» кредиты в 25 миллиардов для поставок нефти в течение 20 лет. Цена на нефть, как сказано, изменилась. Могут ли остаться прежними условия той сделки? И как насчет газа и тянущейся много лет торговли по поводу его цены для поставок в Китай и соответственно кредитов «Газпрому»? Это сложные вопросы.

Но, например, по части сельскохозяйственного экспорта России в Китай проблем нет. Экспорт этот вырос процентов на 25, и здесь все финансируется успешно. Еще вырос, взрывным образом, туризм — в оба направления. Инвестиции Китая в Россию именно в последние два года тоже выросли. Если нужны примеры, то это московский «Детский мир». Но также и десятки других. Экспорт в Китай продукции российского хай-тека вырос за год на 30%. Опять же по части финансирования проблем никаких.

При этом специалисты говорят, что как раз финансовое сотрудничество у нас развивается наиболее успешно. Но не то, которое «просто дай денег», а то, например, где идет переход на работу с рублем и юанем. За прошлый год у одного лишь большого российского банка объем расчетов в китайской валюте вырос на 250% и превысил 120 млрд юаней. В долларах это менее 20 млрд. Но пора отучаться считать в долларах, особенно с учетом того факта, что юань теперь стал одной из резервных валют МВФ.

Если подвести итоги двух лет нашей работы с Китаем в условиях той самой санкционной блокады, то коротко можно сказать так: Китай не компенсировал нам все потери, но демонстративно сделал блокаду бессмысленной. Достаточно вспомнить, что за прошедшие два года экономическая активность между двумя нашими странами заметно выросла, проектов обсуждается и реализуется все больше. Хотя игнорировать, например, цены на нефть мы не можем. Так же как не можем игнорировать возможные неприятности от кредитов нам для тех китайских банков, которые работают с США. Но ведь в Китае есть и другие банки и финансовые схемы.

А теперь насчет «разворота на Восток», который якобы завершился. Произошло нечто иное. С начала 2000-х растет интенсивность делового партнерства страны на восточном направлении, это сложный инерционный процесс, который искусственному ускорению не поддается. Хотя капризное поведение западных партнеров как минимум не замедлило нашу активизацию на Востоке.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Известия // понедельник, 14 марта 2016 года

Россия—Китай: стратегическое партнерство против санкций

Россия—Китай: стратегическое партнерство против санкцийПублицист Дмитрий Косырев — о том, как Пекин делает бессмысленной антироссийскую экономическую блокаду

скопируйте этот текст к себе в блог:

Новости партнеров



реклама
Закрыть

Цитировать в комментарии
Сообщить об ошибке