Новости, деловые новости - Известия
Вторник,
30 августа
2016 года

Запад начинает понимать, что в одиночку не справится с терроризмом

Бывший руководитель Службы внешней разведки России Вячеслав Трубников — о российской операции в Сирии, борьбе с ИГИЛ и российско-американском антитеррористическом сотрудничестве

Фото: «РИА Новости»/Дмитрий Коробейников

Вице-президент Российского совета по международным делам, бывший глава Службы внешней разведки Вячеслав Трубников в интервью корреспонденту «Известий» Николаю Суркову рассказал об угрозе со стороны ИГИЛ (организация запрещена в России), способах борьбы с ним и проблемах в сотрудничестве спецслужб.

— Российские ВКС покидают Сирию. Значит ли это, что угроза со стороны ИГИЛ исчезла?

— Наши ВКС решили две задачи. Они сломали хребет террористам, разрушили их инфраструктуру и создали условия для наступления армии. Они также фактически сыграли роль миротворцев. Обеспечили принуждение к поиску мирного урегулирования. Удалось усадить за стол переговоров тех, кто не хотел этого делать без предварительных условий.

Что касается джихадистской угрозы, то она сохраняется. Я бы не стал называть конкретные сроки разгрома ИГИЛ, потому что терроризм многолик, а ИГИЛ сохраняет сильные позиции в Ираке. Остаются «спящие» ячейки ИГИЛ и «Аль-Каиды» в других странах.

Мы до сих пор не получили реального отклика на призыв Владимира Путина к созданию всеобъемлющей антитеррористической коалиции, с которым он выступил на юбилейной сессии Генассамблеи ООН. Против ИГИЛ воюют три коалиции. Растопыренными пальцами сражаться с терроризмом нельзя. Нужно выступать единым фронтом.

Мы столкнулись с международным терроризмом в конце прошлого века в период чеченских войн. И до 11 сентября 2001 года мы не встречали понимания у наших западных партнеров, которые называли террористов борцами за свободу. Солидарности мы никогда не видели. Даже такие трагические события, как теракт в Беслане, не встречали понимания со стороны западных партнеров.

Степень опасности для России будет зависеть от того, насколько ей удастся консолидировать мировое общественное мнение и найти поддержку и понимание со стороны руководителей западных стран.

Наше политическое руководство проявляет прагматизм, протягивая руку западным партнерам в Сирии. В результате действий ВКС у западных партнеров произошло отрезвление. То, что мы вместе с американцами усадили противоборствующие стороны за стол переговоров, — большое достижение.

— Какую стратегию может использовать Россия, чтобы защитить себя от угрозы со стороны исламских радикалов?

— Борьба против терроризма носит многоуровневый характер. В Сирии мы сражались с террористами на дальних подступах. Но вербовочный процесс, появление новых джихадистов, будет зависеть от того, насколько нам удастся заниматься профилактикой, реальными контрразведывательными мерами. Надо учитывать, что в рядах ИГИЛ оказываются не только мусульмане. Нужно сделать терроризм в глазах населения явлением отвратительным. Особенно важно работать с молодежью и обращать внимание на те регионы, где высока безработица среди молодежи. Профилактика должна быть на первом месте, а военное подавление — это уже результат недоработок в плане профилактики.

— Сейчас все чаще можно услышать предупреждения об угрозе экспансии ИГИЛ. В частности, в Афганистане. Стоит ли России беспокоиться? И как можно противодействовать этой угрозе?

— Талибы и джихадисты из ИГИЛ сильно отличаются друг от друга, но джихадисты начинают заниматься вербовкой среди талибов, привлекая в основном молодежь.

В Афганистане скрытно возникают отростки ИГИЛ. Соседний Таджикистан очень уязвим.

Соответствующие контрмеры принимаются. Основная задача ОДКБ — защитить государства Центральной Азии от внешних угроз. Сейчас это угроза со стороны радикального, террористического квазигосударства.

Существует также Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), в рамках которой созданы специальные антитеррористические структуры. Здесь уже подключается Китай, а в ближайшее время в нее вступят Индия и Пакистан. ШОС превратилась в сильную организацию, подтягивающую к себе Афганистан.

Нужно хотя бы в рамках регионов действовать на коллективной основе. Тогда можно будет преследовать террористов по всему региону, с подключением всех государственных структур.

— Что мешает контртеррористическому сотрудничеству в глобальных масштабах?

— В отношениях с Западом отсутствует климат доверия. Как можно сотрудничать, когда под санкциями оказываются руководители наших спецслужб? Контртеррористическое сотрудничество обязательно включает сотрудничество спецслужб. Когда нет связей, с кем обмениваться информацией?

Взять, например, Сирию. Наши западные партнеры говорят, что мы бомбили не тех, кого нужно. Мы просили показать, кого нужно бомбить, но получали отказ «по соображениям безопасности». Чьей безопасности?

Каналов, по которым можно обмениваться информацией, сейчас не существует. Пока не восстановится климат доверия, о совместных усилиях говорить не приходится.

— Есть ли примеры успешного сотрудничества с западными странами в вопросах борьбы с терроризмом?

— Я был сопредседателем российско-американской рабочей группы по борьбе с терроризмом. Эта группа включала в себя представителей самых разных ведомств и обязательно спецслужб, в том числе тех, которые осуществляют финансовый мониторинг. Мы тогда наладили очень хорошее взаимопонимание между американскими службами финансового мониторинга и нашей финансовой разведкой. Получили много полезной информации и методик.

Когда американцы создали коалицию для борьбы против бен Ладена в Афганистане, мы с ними взаимодействовали очень плотно и очень эффективно. Эта рабочая группа обеспечивала и дипломатическое взаимодействие. Мы совместно готовили резолюции СБ ООН по борьбе с терроризмом, создавали списки террористических организаций. Эта работа была основана на доверии и взаимопонимании.

— Можно ли рассчитывать на улучшение ситуации?

— Осознание того, что в одиночку или ограниченной коалицией с терроризмом не справиться, приходит на Запад. До санкций мы активно и плодотворно сотрудничали с США, например, в вопросе ликвидации химического оружия в Сирии. Но без восстановления взаимопонимания, хотя бы взаимопонимания, эффективность антитеррористической борьбы будет ограниченной.

Известия // пятница, 18 марта 2016 года

Запад начинает понимать, что в одиночку не справится с терроризмом

Запад начинает понимать, что в одиночку не справится с терроризмомБывший руководитель Службы внешней разведки России Вячеслав Трубников — о российской операции в Сирии, борьбе с ИГИЛ и российско-американском антитеррористическом сотрудничестве

скопируйте этот текст к себе в блог:

Новости партнеров



реклама
Закрыть

Цитировать в комментарии
Сообщить об ошибке