Воскресенье, 28 мая 2017
18 июля 2016, 14:21 Екатерина Глебова

Обойдемся без укола?

В августе Минздрав РФ рассмотрит возможность расширения перечня препаратов, закупаемых в рамках госпрограммы «7 нозологий» для бесплатного обеспечения ими пациентов. «Известия» решили разобраться, насколько важны подобные изменения для больных и врачей и что значит вероятное появление в списке новых лекарств для людей с диагнозом рассеянный склероз.

Рассеянный склероз — это заболевание, обусловленное повреждением и рубцеванием оболочек нервных волокон. Развивается в головном и спинном мозге. Наследственной эту болезнь не считают, но если у человека есть родственники, страдающие этим недугом, риск заболеть несколько выше. В основном им болеют молодые люди, даже дети. Что примечательно, у женщин рассеянный склероз, по разным оценкам, выявляется в 2–4 раза чаще, чем у мужчин. «Чаще всего рассеянный склероз диагностируется у пациентов от 16 до 50 лет, то есть речь идет о самом активном работоспособном возрасте», — отметил Алексей Бойко, президент Российского комитета исследователей рассеянного склероза.

Красота или здоровье

Времена, когда болезнь приводила пациента в инвалидное кресло буквально за считаные месяцы, остались в прошлом. «При персонализированном подборе препаратов, изменяющих течение рассеянного склероза (ПИТРС), больные могут длительное время сохранять все социальные функции, продолжать работать, расширять семью, то есть вести полноценный образ жизни, как любой другой человек, — пояснил Алексей Бойко. — Но надо понимать, для этого необходимо регулярное поддерживающее лечение».

В целом в России ежегодно появляется 5 тыс. новых больных рассеянным склерозом, и общее количество пациентов с таким диагнозом оценивается от 70 тыс. до 150 тыс. больных. Около 80% из них преждевременно прекращают работать, причем почти половина увольняется или выходит на пенсию в течение трех лет от момента постановки диагноза. По оценкам экспертов, причина этого — не нехватка действенных препаратов для поддерживающей терапии, а нежелание самих пациентов принимать их на регулярной основе.

Дело в том, поясняют специалисты, что в утвержденном перечне препаратов, закупаемых по программе «7 нозологий» и предоставляемых пациентам бесплатно, на сегодняшний день представлены лишь инъекционные средства, и их применение связано с серьезными неудобствами. «Интерфероновые препараты дают массу внешних эффектов, в том числе раздражение, отек, зуд, — рассказал Ян Власов, президент Общероссийской общественной организации инвалидов — больных рассеянным склерозом. — Есть и очень неприятные органические изменения, и в ряде случаев это не просто синяки, настоящий некроз ткани. Могут появляться огромные рубцы, нагноения, которые приводят к операционному вмешательству и удалению целых кусков ткани. Речь ведь идет о препаратах, которые нужно вводить ежедневно, в лучшем случае через два-три дня».

Что значит такая перспектива для молодых женщин, настроенных на полноценную жизнь и заботящихся о собственной внешности, догадаться не сложно. «В результате люди устраивают себе так называемые «лекарственные каникулы», — отметил Ян Власов. То есть получается, что они вроде и лечатся, но терапия оказывается неэффективной. «Люди иногда живут безо всякой терапии не потому, что дорого, а потому что симптомы рассеянного склероза более терпимы, чем побочные эффекты лекарств», — призналась пациентка Мария Ф. на одном из тематических форумов по этой проблеме.

В то же время, по словам Алексея Бойко, отказ от современной терапии, эффективность и безопасность которой доказаны на десятках тысяч больных, по всем правилам доказательной медицины, опасен нарастанием инвалидности, выраженным нарушениями, которые могут проявиться в любой период времени и привести больного к инвалидной коляске или прикованности к постели в пределах 10–15 лет заболевания.

Бывает и по-другому

Между тем альтернатива инъекционным препаратам в нашей стране уже имеется. Это препараты пероральные (для приема внутрь), выпускаемые в виде таблеток и капсул. Проблема в том, что купить их за собственный счет себе могут позволить далеко не все пациенты, а в программе «7 нозологий» они пока не представлены. «Препарат всегда подбирается индивидуально, — говорит Алексей Бойко. — Но в связи с тем, что пероральные препараты пока не включены в федеральную государственную программу, для тех больных, которым показан этот вид лечения, они пока закупаются из региональных источников». По словам эксперта, для каждого из этих препаратов есть план управления рисками нежелательных побочных явлений. Однако денег на эти цели в региональных бюджетах нередко не хватает, в результате чего для многих пациентов такие лекарства оказываются недоступными.

В том, что перечень лекарств для больных рассеянным склерозом, закупаемых по программе «7 нозологий», необходимо обновлять хотя бы раз в год, уверен и Ян Власов. «По сравнению с западными странами список широко применяемых препаратов у нас короче, — констатировал эксперт. — К тому же на Западе новые препараты «доходят» до пациентов быстрее. То есть мы идем по этому же направлению, но с опозданием года на два». Так, по данным Яна Власова, если в Европе пероральные препараты уже принимает едва ли не каждый четвертый больной рассеянным склерозом, то у нас — не больше 5% пациентов.

Беременность с вопросами и без

Отдельный вопрос, стоящий перед пациентками с таким диагнозом, — стоит ли им рожать ребенка. «По нашим и международным данным, беременность и роды не противопоказаны женщинам с рассеянным склерозом, — подчеркнул Алексей Бойко. — Во время беременности риск обострений меньше, после родов — несколько больше, поэтому надо правильно вести послеродовой период. При нашем центре можно открывать собственный детский сад, так много женщин с таким диагнозом рожают детей».

Тем не менее дискуссии на тематических форумах свидетельствуют: беременность на фоне терапии рассеянного склероза нередко смущает как медиков, особенно в регионах, так и самих пациенток. «Ни один врач не хотел брать на себя ответственность и написать мне на направлении (для гинеколога), что после терапии беременность не противопоказана, и мне пришлось ехать в «окружную больницу», где мне эти слова написали», — рассказывает 27-летняя Ирина М.

«Я вообще всю беременность скрываю диагноз от врачей, к неврологу не хожу, инъекции отменила себе сама... Буду держаться и скрывать, насколько позволит состояние. Рожать мне через три месяца. Малыш уже шевелится, на УЗИ он такой красивый», — делится на форуме пользователь Anita.

Подобный риск собственным здоровьем столичные неврологи считают неоправданным. Так, по словам Алексея Бойко, для ребенка безопасен предшествующий беременности прием известных инъекционных препаратов. Кроме того, при планировании беременности можно принимать и пероральные препараты, но при этом очень важно учитывать так называемый «отмывочный период» — то есть отрезок времени, за который их удастся вывести из организма после того, как ребенок будет зачат. Таким образом, в данном случае врачам и пациенткам придется выбирать из пероральных препаратов, зарегистрированных на российском рынке, наиболее безопасный в этом отношении с максимально коротким «отмывочным периодом».

Важно, чтобы специалисты имели полный доступ к информации о данных препаратах. Одним из официальных информационных ресурсов является Государственный реестр лекарственных средств, который может быть доступен любому специалисту в сети интернет и где можно найти наиболее важную информацию по препаратам, зарегистрированным в стране. Также важно, чтобы специалисты могли разъяснить все эти нюансы пациенткам, в том числе в регионах, особенно в случае если программа «7 нозологий» пополнится новыми пунктами.

Наверх

Мнения

Наверх