Воскресенье, 28 мая 2017
Культура 11 апреля 2014, 16:07 Виктория Иванова

Александр Кудрявцев: «Шуховскую башню довели до инфаркта»

Народный архитектор РФ — о создании культурного кластера на Шаболовке

Фото: wikipedia.org/Ivanlyk99

Участники круглого стола «Шаболовский культурный кластер: вокруг Шуховской башни» решили направить президенту РФ Владимиру Путину обращение с просьбой провести соответствующий архитектурный конкурс и поручить работу по формированию и развитию кластера правительству Москвы.

О перспективах создания нового культурного района столицы корреспонденту «Известий» рассказал один из инициаторов обращения — президент Российской академии архитектуры и строительных наук, народный архитектор РФ Александр Кудрявцев. 

Шуховская башня, к несчастью, рушится. Как появилась идея создать культурный кластер? 

— Шуховская башня вытащила очень интересную проблему. В поисках ее спасения обнаружили, что прилегающая территория является отражением единовременных усилий города по решению социальных и других проблем. Первой была башня, в 1919 году. Ее создание стало не только вкладом в главную пропагандистскую машину — показать, что «мы пожар раздуем», но и чтобы было видно, откуда этот пожар идет.

Есть много революционных плакатов на тему радио, в том числе с Лениным. Всё входило в идеологию, пропаганду, поэтому Шуховской башне было уделено огромное внимание. И потребовалась инфраструктура. Рядом располагаются трамвайное депо, текстильные производства. Это была практически рабочая окраина и — место решения социальных проблем. Отсюда клубы, Дом-коммуна (дом кооператива «Первое Замоскворецкое объединение», 1926–1927 годы. — «Известия»), несколько жилых кварталов (Хавско-Шаболовский жилой массив, 1929–1931 годы. — «Известия»), а потом это как-то нивелировалось. 

Когда уже сейчас начали рассматривать башню в культурном контексте города, выяснилось, что очень много объектов 1920–1930-х годов сохранилось именно в Москве. Если же вновь придать объектам ценность, превратить их в живые свидетельства событий того времени, элементарно помыть, покрасить, проложить дорожки, это может быть чрезвычайно интересно. Ведь это будет проявление истории, замешанной на искусстве.

— И как всё это будет функционировать? 

— Вариантов множество. По всему миру, например, существует система отелей 1920-х годов. В модернистских апартаментах жить практически невозможно, но молодые люди с удовольствием это делают. Главное, чтобы не было пенсионеров, для них это действительно очень тяжело. Сейчас происходит возрождение жизни в Доме-коммуне. Студенты живут там с большим удовольствием: в результате мы видим, как восстанавливается этот огромный памятник конструктивизма, по масштабам не сравнимый ни с чем в мире. Проблема катастрофического положения Шуховской башни всем известна, ее все видят и сочувствуют. Под это дело можно восстановить и окрестности, вернуть им жизнь, придать импульс — создать кластер. 

— В каком же сейчас состоянии окружение башни? 

— В неорганизованном. Но всё всегда начинается с проекта. Как архитектор я считаю, что пока не произойдет визуализации идеи, то есть ее превращения в набросок, анимацию, во что угодно, что станет переводом профессиональной идеи для заказчика, инвестора. Все культурные кластеры связаны с колоссальной подготовительной работой. В Москве происходят подвижки на эту тему — тот же центр ARTPLAY, или сейчас строится большой комплекс на Яузе. 

— Кто будет делать проект? 

— Самый лучший вариант — провести открытый конкурс на идею, возможно, международный. У нас отвыкли от открытых конкурсов, всё больше конкурсов по заказу. В них участники изначально получают определенную материальную поддержку, а заказчик приглашает людей уже с определенной репутацией. Никто не хочет рисковать. А в этом риске и есть вся прелесть — в открытиях без материальной поддержки. Именно тогда любой дипломированный архитектор может принять в конкурсе участие, и так рождается наиболее смелое и двигающее искусство архитектуры. 

— Средства привлекаются потом?

— Дальше есть несколько вариантов. Идеальный — когда в результате открытого конкурса выявляются лидеры и объявляется заказной конкурс, где принимают участие и лидеры, и те, кого хочет пригласить заказчик. Там и принимается финальное решение. Еще более идеальный вариант — когда конкурс проходит под эгидой независимого Международного союза архитекторов, потому что так гарантируется непредвзятость решения.

Но такие конкурсы принимаются заказчиком без особой радости. Поскольку там обязательно 55% участников-иностранцев, целый ряд критериев, мешающих участию, обязательная реализация первого места через постройку — а этого почти никогда не происходит. Потому что первое место — это всегда романтика, полет фантазии. А реализуется, как правило, третье место.

— Вы упомянули о предвзятости. Присутствует ли она в ситуации с Шуховской башней? 

— Конечно. Башню довели до инфаркта, и виноват в этом пользователь (с 2001 года башня находится в ведении ФГУП «Российская телевизионная и радиовещательная сеть». — «Известия»). Он знал, что в его собственности находится объект культурного наследия, значит, у него есть обязательства. На сегодня он обязан следить за физическим состоянием башни и сохранением облика, в котором ее получили, и выполнять предписания органа охраны. А по закону об охране владелец обязан обеспечить доступ граждан, чтобы любой желающий, пусть и с сопровождением, мог бы башню посмотреть. Но этого нет. 

— А то, что башня в аварийном состоянии, не останавливает инициаторов кластера? 

— Опыт говорит, что объекты культурного наследия обладают невероятной живучестью. Они не совпадают по прочности с нынешними нормативными критериями. Казалось бы, они должны были давным-давно разрушиться, а они стоят. В усадьбе Лопухиных, рядом с ГМИИ имени Пушкина, был дом, у которого стена была, как живот у женщины на девятом месяце беременности. Те, кто хотел, чтобы его снесли, приходили и показывали. Дом снесли. Но он и сегодня бы стоял. 

— А если все-таки будет принято решение разобрать башню в целях реставрации и безопасности местных жителей — чем это грозит? 

— Так или иначе проглядывается идея очистки этой территории и более «эффективное» ее использование — уж слишком ярая и массированная идет пропаганда. Мир реставрации такое проходил уже много раз. Во-первых, возникает опасность: вдруг потом не соберут? Или соберут, но не из того, что было. И не так. Можно посмотреть на «Рабочего и колхозницу»: что-то в ней не то.

Процент новодела и реального артефакта очень важен. А во-вторых, в данный момент существует проект реставрации без демонтажа: разговор идет о недостатке средств. Но ведь на Кижи нашли деньги. Шуховская башня — те же Кижи. Или, когда говорят о переносе: ну как можно, например, перенести собор Василия Блаженного на другое место? Сделай себе копию и смотри. 

Деятели культуры просят президента спасти Шуховскую башню и район вокруг 

В обращении деятелей культуры к Владимиру Путину (имеется в распоряжении «Известий») говорится, что в данный момент памятник находится на грани уничтожения: по заключению экспертов Минкомсвязи России, башня из предаварийного состояния перешла в стадию разрушения, что также потенциально представляет угрозу жизни населения близлежащего района. Но подписанты не согласны с намерением Минкомсвязи демонтировать башню, выступая за более дорогостоящий комплекс ремонтно-реставрационных работ, не предполагающих демонтажа конструкции.

«Обсуждаемая сегодня инициатива по демонтажу радиобашни с ее последующей реставрацией и воссозданием на другом месте представляется нам губительной, поскольку влечет неизбежную потерю ее аутентичности и нанесение колоссального ущерба уникальному району улицы Шаболовка. Реальный путь решения мы видим в переосмыслении значения городской территории района Шаболовки, в раскрытии культурного потенциала памятников конструктивизма, появившихся в 1920-е годы, и в формировании на этой основе Шаболовского культурного кластера», — говорится в обращении. 

Авторы письма просят рассмотреть возможность принятия следующих мер: сформировать межведомственную комиссию с целью решения вопроса о реорганизации прилегающей к Шуховской башне территории и создания общественного пространства; провести архитектурный конкурс на разработку проекта Шаболовского культурного кластера, включающего в том числе туристическую инфраструктуру; поручить работу по формированию и развитию кластера правительству Москвы с участием заинтересованных федеральных ведомств. 

Среди подписантов — главный архитектор города Москвы Сергей Кузнецов, замдиректора департамента контроля, надзора и лицензирования в сфере культурного наследия Министерства культуры РФ Ирина Савина, советник департамента культурного наследия Евгения Шингарева, вице-президент Союза московских архитекторов Михаил Хазанов, президент фонда «Шуховская башня» Владимир Шухов и др. 

Из всех присутствовавших на круглом столе, где состоялось утверждение проекта обращения, отказался от подписи лишь руководитель пресс-службы ФГУП «Российская телевизионная и радиовещательная сеть» (РТРС) Игорь Степанов — представитель компании, в чьем ведении в данный момент находится памятник.

Свою позицию он объяснил тем, что территория, окружающая башню, находится в федеральном подчинении. 

— Москва не имеет полномочий для проведения архитектурного конкурса на федеральных территориях. В связи с чем я призываю официальных представителей Москвы не участвовать в обращении к президенту. Это будет выглядеть по меньшей мере странно. То же самое я призываю сделать и Министерство культуры, — отметил Степанов. 

Впрочем, участники круглого стола предложение представителя РТРС не восприняли: именно на РТРС, по их мнению, лежит ответственность за нынешнее аварийное состояние башни. Более того, в ближайшие сроки — апрель-май — департамент культурного наследия Минкультуры проведет проверку — выяснит, насколько добросовестно РТРС заботилась о памятнике архитектуры. 

Участники круглого стола также просят президента РФ рассмотреть вопрос о финансировании проекта, хотя сумма на данный момент не определена. 

Наверх

Мнения

Наверх